Антиутопия, мистическая драма с элементами «stichpunk»
Часть 1.
Лорд Гордон возвращается из Южной Африки после кровопролитной англо-бурской войны и привозит своему единственному сыну подарок старого колдуна зулу. С виду подарок выглядит как ни чем не примечательная соломенная кукла, но как только она оказывается в руках тринадцатилетнего лондонского мальчика Ричарда, привычный мир и покой дома Гордонов нарушают леденящие кровь события и жуткие трагедии со смертельным исходом. Через год после появления в своей кукольной коллекции таинственной африканской подружки, Ричард бесследно исчезает из родительского дома и оказывается по ту сторону зеркальной стены за которой ему открывается доселе неведомый мир поппи.
Перейти на ПЕРСОНАЛЬНЫЙ САЙТ АВТОРА
Цена - 50 руб. |
Инструкции по оплате |
Антиутопия, мистическая драма с элементами «stichpunk»
Часть 2.
Цена - 50 руб. |
Инструкции по оплате |
Отрывок из книги
.................С первыми проблесками рассвета в лагере вегтеров Нового Бломма началось необычайное оживление. Главнокомандующий отдал приказ своим войскам спешно готовиться к наступлению. Поле Гебид окутала пелена непроницаемого тумана, под прикрытием которого Скоэн намеревался скрытно атаковать армию Клустера.
Манлик не спал все ночь, чутко охраняя сон своих юных друзей. Он не поверил в снисхождение главнокомандующего и ждал мщения с его стороны. Но утром его навестил Винниг, исполняющий роль адъютанта при главнокомандующем и передал Манлику приказ вместе с остатками своей бригады занять место в первой линии атакующих. Также из приказа Скоэна следовало, что кроме ребеллеров Манлика, в первую линию должен был встать и Ричард со своей изрядно подросшей питомицей.
Ребеллеры без особого энтузиазма отозвались об идее главнокомандующего в очередной раз использовать их в роли пушечного мяса. Но, несмотря на открытое нежелание ребеллеров участвовать в заведомо обреченной на не успех боевой акции, им все же пришлось подчиниться. Пока ребеллеры препирались с командиром и решали, как им выпутаться из сложного положения, их обошли с тыла гвардейцы Скоэна и принудили к движению вперед.
Скрипя зубами от досады и ненависти к коварным вегтерам, ребеллеры двинулись в сторону поля, окутанного плотной дымкой тумана. Из первоначального состава бригады, в живых осталось всего двести бойцов. И из этого числа еще, как минимум, пятьдесят получили ранения разной степени тяжести. Но раненые бойцы не пожелали оставаться в тылу и, не видя другого способа выжить, пошли в бой за остальными. Этой ночью черные поппи во главе с Геде Сометьером предприняли еще одну попытку нападения на лагерь вегтеров. На этот раз нападение черных поппи увенчалось большим успехом. Черные поппи напали на военный лазарет, в котором находились сотни раненых вегтеров. И их не смогли сдержать ни усиленное боевое охранение, ни сотни костров, ярко освещавших территории лагеря. Выжившие свидетели с ужасом в глазах рассказывали о кошмарных существах, облаченных в зеленую форму вегтеров. В дикой ярости эти исчадия Твилайт верелда набрасывались на беспомощных покалеченных бойцов и утаскивали их за собой. Энергия полной луны укрепляла черных поппи дополнительной силой, и противостоять им в такую ночь было непростым делом. Атаку черных поппи удалось отбить с помощью огнеметов, но они успели разгромить лазарет и утащить за собой большую часть раненых.
Раненым ребеллерам несказанно повезло, так как им изначально было отказано в лечении, и они находились в своем стане. И как показала суровая действительность, здесь они оказались под более надежной защитой. Имея достаточный опыт борьбы с черными поппи, братья предприняли все меры, чтобы не допустить проникновения оживших мертвецов в расположение бригады.
Перед самым боем земной мальчик обратился за советом к Манлику, не зная как ему поступить с Нонгг,авусе.
Так как, учитывая последние события, Нонгг,авусе нельзя было оставляет одну. Но и брать девочку с собой было крайне опасно. Манлик решил пока спрятать ее в тыловом обозе среди фриков-скунмакеров. И для большей надежности приказал остаться с ней двум своим лучшим бойцам: Иирсту и Твииду.
Сам же Ричард вместе со своей питомицей Оорлог выступил в голове колонны наступающих войск. Собравшись в плотный кулак, ребеллеры молча, вышли из лагеря и ступили в молочно-серое море. Вскоре они полностью скрылись в колеблющихся волнах тумана и следом за ними двинулись разбитые на цепи, полки генерала Прожектила и отданные под его начало потрепанные полки покойного генерала Пойера. Гвардейцев генерала Буллита, главнокомандующий сконцентрировал возле подножия холма, на котором располагался его штаб. В случае удачного наступления Скоэн решил использовать гвардейцев в качестве дополнительного резерва, а в случае неудачи, он вполне мог рассчитывать на надежную защиту своей персоны.
Потеряв ориентир в густом тумане, Ричард растеряно окликнул командира ребеллеров, идущего где-то недалеко от него. Манлик был единственный из ребеллеров, кто осмелился идти рядом с грозной вестницей войны. Бойцы, уже убедились в крутом нраве чудовища из Афгронда и не горели особым желанием находиться рядом с ней. Во время последней битвы было замечено, что Оорлог затоптала немало вегтеров Нового Бломма. Это стало неприятным сюрпризом для всех, но огромное количество истребленных ее пехотинцев из Клустера, несколько смягчило недовольство бойцов Нового Бломма.
-Я здесь, Ричард. – негромко откликнулся Манлик и наощупь вплотную приблизился к мальчику.
-Где Оорлог? – спросил он Ричарда.
-Не беспокойся, Манлик, она рядом. Неужели ты не чувствуешь, как невыносимо несет гнилью? – напряженно всматриваясь сквозь туман, ответил мальчик.
-Это запах войны, Ричард!
-Смотри, командир, на поле нет ни одного трупа. – тыкая стальной пикой под ноги, удивился Ричард.
-Для черного колдуна это настоящий триумф. У него еще никогда до этого не было такой огромной армии мертвецов. – зябко ежась, выдавил сквозь зубы Манлик.
- Не получиться так, что Геде Сометьер поведет своих черных «детей» в Новый Бломм?– осторожно предположил Ричард.
-Боюсь, что это вполне возможно, Ричард. – невольно вздрогнул Манлик, на секунду представив, что произойдет с городом, если его заполонят полчища черных поппи.
Тем временем ребеллеры прошли уже почти половину поля, как вдруг прямо перед их глазами возникли огромные размытые тени. Они быстро двигались навстречу ребеллерам и производили довольно устрашающее впечатление. В первые мгновения бойцам показалось, что это ожившие мертвецы, не успевшие спрятаться от всполохов наступившего рассвета.
Но присмотревшись лучше, ребеллеры поняли, что этот противник намного серьезнее ночных потрошителей Геде Сометьера.
-Круипенде! – раздался с левого фланга надрывный крик одного из ребеллеров.
-Круипенде! – следом подхватили его клич, десятки других бойцов.
-Круипенде? – изумленно прошептал Ричард, беспомощно глядя на Манлика.
-Держись, юноша, сейчас начнется самая настоящая жара! – отталкивая мальчика назад, возбужденно воскликнул Манлик.
Резким движением головы, закинув за плечи, копну длинных волос, командир ребеллеров выхватил из ножен два коротких меча и неистовым голосом взревел:
-Братья, круши круипенде! Ни шагу назад, свободное братство!
-Ни шагу назад, свободное братство! Круши! – поддерживая боевой клич своего командира, дружно взревели ребеллеры.
-Оорлог, к бою! – не желая отставать от своих братьев, призвал земной мальчик на помощь невидимую вестницу войны. Она была где-то позади в тумане и ее неясные очертания напоминали колыхающуюся исполинскую гору. Перед боем Данглоир, второй ассистент Миссира, скормил великанше тройную порцию сыворотки. Ричард, тайком от Нонгг,авусе сцедил в пищу Оорлог немного крови. Этого было вполне достаточно для вестницы войны, чтобы три дня чувствовать себя сытой и полной титанической энергии.
-Оорлог, враг близко! – поторапливая свою медлительную питомицу, еще громче закричал мальчик. Его горячие призывы возымели действие, и скоро над полем пронесся уже знакомый бойцам невыносимый протяжный писк и скрежет вестницы войны. Разгоняя клубы молочно-серые тумана огромными крыльями, Оорлог с ходу вклинилась в густые ряды воинов круипенде. Молниеносно работая передними ногами и длинным смертоносным хоботом, она быстро расстроила их порядки и вскоре оторвалась на значительное расстояние от сражающихся ребеллеров. Следом за ребеллерами в бой втянулись и вегтеры. Завязалась жесточайшая сеча, которой никто из сражающихся не видел ни конца, ни края. Несмотря на проглядывающее сквозь туман утреннее солнце, видимость была слишком плохая, что значительно затрудняло действие обоих воюющих сторон.
Что же это были за таинственные круипенде, о которых столько говорили в Новом Бломме, но которых никто никогда не видел живьем? По главной легенде, раса круипенде обитала в городе Клустер, и ее представители внешне были похожи на громадных земных рептилий, покрытых с головы до ног, зеленой чешуей. Больше о ней никто ничего не мог сказать.
Возможно, всю правду о круипенде мог знать министр иностранных дел Глиббериг. Глиббериг выступал несколько раз в роли посла при подписании торговых договоров между Новым Бломмом и Клустером. Но, к сожалению, он был слишком закрытым и немногословным по своей натуре, за что его особенно и ценил президент. На данный момент Глиббериг находился в Клустере, и ему снова было поручено вести переговоры со Свартом Броиром относительно возобновления торговых отношений между двумя городами. Но поездка министра иностранных дел Нового Бломма была лишь прикрытием для милитаристских планов красного шута. Иначе говоря, Глиббериг был отдан на заклание правителю Клустера ради личных интересов Рои Хофнера.
Но вернемся к круипенде. Это и вправду была необычная раса, но обитала она не в Клустере, а далеко на востоке в горячей пустыне Воестун. Внешне круипенде были похожи на поппи, только в два-три раза превосходили их в росте и силе. Кожа, а не чешуя у круипенде была совсем не зеленой, а черной. У них не было хвостов и других внешних признаков, присущих земноводным. Круипенде слыли среди жителей Клустера умелыми колдунами и свирепыми воинами. Они поклонялись луне и солнцу и одинаково почитали день и ночь.
Правитель Клустера иногда обращался к их услугам при подавлении внутренних мятежей, и всякий раз щедро одаривал воинов круипенде золотом, которое они почитали, как магический метал.
Перед каждым боем воины круипенде облачались в чешуйчатые стальные доспехи, а на лица надевали ритуальные маски, изображающие духов подземного мира. Именно это и делало их похожими на земноводных. На своих бедрах воины гордо носили шкуры пятнистых Джаглуи, оставляя на них длинные хвосты с кисточками. Чтобы всегда помнить число своих убитых врагов, воины круипенде носили на шеях костяные ожерелья из зубов Драаков. Количество зубов составляло число поверженных врагов каждого воина круипенде.
Оружие круипенде состояло из длинных копий с широкими наконечниками и ромбовидных щитов, изготовленных из гибких ветвей креметара и шкур убитых Буффелсов.
Уходя на битву, воины круипенде исполняли специальный ритуальный танец, который начинался перед полуночью и заканчивался только на рассвете. Битва для круипенде являлась главным магическим действием в их жизни. Поэтому, высшей доблестью для каждого воина было принять смерть на поле боя. Обычно в бой воинов вел главный колдун, который не только морально подбадривал воинов, но и сам принимал непосредственное участие в бою. Вождь круипенде не участвовал в битве. По традиции он сидел на холме, позади сражающихся и молился за успех сражения. До сих пор воины расы круипенде не знали поражений в бою, и когда правитель Клустера в очередной раз обратился к ним за помощью, круипенде охотно откликнулись на его призыв. Тем более, цена за их услуги была более чем впечатляющая. В случае победы Сварт Броир пообещал подарить воинам круипенде несметные золотые запасы Гоудмуна и тысячи рабов Нового Бломма.
Из золота круипенде изготавливали украшения и ритуальные фигурки небесных и подземных духов, а своих пленников приносили в жертву своему главному богу Бай-Лоо.
По древнему преданию Бай-Лоо был первым воином круипенде, спустившимся с небес на землю. В жестокой битве он победил сонм земных духов и загнал одних из них глубоко под землю, а других высоко на небо. С тех пор на земле воцарилась единая гармония и Бай-Лоо, оставив на земле своих приемников в лице круипенде, отправился в свою небесную обитель.
В этот раз воинам круипенде пришлось столкнуться с невиданным доселе противником. Вид могучего чудовища из Афгронда привел их в откровенное замешательство. Опытные воины без особого труда побеждали значительно уступавших им в силе и умении ребеллеров и вегтеров, но их мастерство и боевая выучка оказались бессильны в схватке с Оорлог.
Круипенде смогли быстро сковать основные силы вегтеров на флангах, но в центре они потерпели сокрушительное фиаско. Вестница войны в считанные минуты дезорганизовала и уничтожила ядро, состоящее из лучших воинов круипенде, но так и не утолила нестерпимую жажду убийства.
Очистив центр поля от пустынных воинов, Оорлог огласила воздух победным писком, и снова устремилась вперед, намереваясь добить отступающих круипенде.
Опытные пустынные воины не дрогнули перед смертельной опасностью и не поддались панике. Не оказывая больше бесполезного сопротивления самке комара, они отошли в разные стороны, организовав единый коридор, по которому Оорлог неудержимым тараном устремилась в сторону восточных холмов. Оттуда ей навстречу уже спускались свежие подразделения огнеметчиков, готовые спалить заживо гигантскую самку комара.
Клустерские пехотинцы, наученные горьким опытом прошлой битвы, не рискнули близко приближаться к Оорлог. Подпустив ее к себе на расстояние до ста метров, опытные огнеметчики обдали бегущее чудовище жаркими струями огня. Попав в полосу пламени, Оорлог вдруг застопорилась на месте и подалась назад. Но шустрые пехотинцы быстро окружили ее со всех сторон и взяли в плотное огненное кольцо. Непобедимая вестница войны попала в западню. Теперь она выступала в роли жертвы, а ее мучители наслаждались своей работой, наблюдая, как поджаривается на костре огромная самка комара. Беспомощно размахивая обожженными крыльями, Оорлог с невыносимым писком металась из стороны в сторону, но всюду натыкалась на плотную завесу огня. Вскоре все ее худое продолговатое тело и ноги вспыхнули ярчайшим костром. Разбрызгивая по сторонам искры и источая писк и скрежет, горящее чудовище, бросилось напролом сквозь огненное кольцо. Видя, что больше нет возможности сдержать ослепленную огнем самку комара, огнеметчики выпустили ее из круга. Объятая пламенем и дымом, Оорлог выскочила из огненного плена и из последних сил побежала на запад. Вслед ей понеслись язвительные восклицания и плоские шутки находчивых огнеметчиков, малым числом обративших в бегство непобедимое чудовище из Афгронда.
Ричард остался далеко позади и не видел, что происходило с его питомицей. Он бился, стоя плечом к плечу с Манликом. С прорывом Оорлог через центр, ситуация для войск Нового Бломма стала принимать угрожающие обороты. Быстро заполнив пустующие бреши в центре, воины круипенде с новыми силами обрушились на героических карликов. Теперь, когда страшное чудовище было ослеплено и бежало прочь с поля боя, круипенде могли легко вернуть себе победу.
-Струд! Струд! Струд! – перекрывая шум боя, свирепо кричали пустынные воины и мастерски разили своими длинными копьями противника.
-Ни шагу назад, свободное братство! – упрямо кричали в ответ еще живые ребеллеры, ловко уворачиваясь от ударов, закованных в чешуйчатые доспехи круипенде.
-Струд! Струд! Струд! – еще сильнее наседали на ребеллеров и вегтеров, беспощадные пустынные воины. Ощетинившись стеной щитов и рядами острых копий, они шаг за шагом теснили назад войска Нового Бломма.
-Ни шагу назад, свободное братство! – отчаянно сражаясь за каждый метр поля, смело отвечали героические братья.
Но, несмотря на массовый героизм и упорство ребеллеров и вегтеров, ситуация складывалась не в их пользу. Круипенде перемолотили фланги противника и теперь угрожали вегтерам окружением с тыла. Разгоряченные яростью и динамикой боя, вегтеры не желали отступать назад. Бойцы еще надеялись повернуть ситуацию в свою пользу, ожидая помощи от главнокомандующего. Но жестокая проза войны неумолимо диктовала свои условия. Скоэн уже был осведомлен о тяжелой обстановке на поле боя от посыльного, чудом вырвавшегося из стальной мясорубки. Но, равнодушно выслушав запыхавшегося и израненного бойца, он неожиданно приказал трубить отбой.
Теперь, когда вегтерам было бесполезно надеяться на помощь гвардейцев, допустить круипенде в тыл, значило оказаться в кольце и подвергнуться неминуемому планомерному уничтожению. И вегтеры стали отступать. Правда, в этот раз они не бежали, как это случилось недавно. Это было хладнокровное отступление хорошо дисциплинированной и непобежденной армии.
Круипенде не стали преследовать отступающих вегтеров, проявив, тем самым, необычное рыцарское благородство к своему противнику. Вместо этого они переключились на оставшуюся в смертельном кольце горстку ребеллеров не пожелавших покидать поле боя. Их осталось не больше сотни, избитых, израненных и вымотанных бойцов свободного братства. Сбившись в тесный круг, ребеллеры ощетинились пиками и мечами и приготовились к последней своей схватке.
Туман стал понемногу рассеиваться, обнажая страшный лик войны, в момент утренней трапезы. Всюду насколько хватало глаз, по всему полю высились груды скрюченных мертвых тел. В остекленевших глазах бойцов дотлевали угли безумия, а из перекошенных ртов наружу выползали прозрачные души. Они недоуменно смотрели на сцепленные в единой ненависти неподвижные тела воинов, не понимая причин этой самой ненависти.
Ричард стоял в самом центре круга за спиной командира ребеллеров. Манлик не желал его смерти и хотел спасти земного мальчика любой ценой. Сам он уже был неоднократно ранен и лишь чудом еще держался на ногах. Каждому выжившему ребеллеру было теперь ясно, что им не спастись и поэтому, каждый из бойцов принял личное решение умереть, но не просить пощады у своего врага.
Но круипенде не стали унижать своих достойных противников предложениями о пощаде. Обладая врожденной смелостью и упорством, круипенде могли справедливо оценить боевые достоинства противника.
Ребеллеров убивали, словно загнанных в поле зверей: молча, деловито и беспощадно. Прикрывшись стеной ромбовидных щитов, круипенде дружно навалились на горсть смельчаков и одним ударом умертвили их всех.
Когда воины отхлынули назад, перед ними лежала лишь груда истерзанных бездыханных тел. Круипенде, склонив к истоптанной земле копья, стали молча созерцать очистившееся от тумана пространство. Пустынные воины победили достойного противника и теперь испытывали неописуемое состояние душевного подъема и гордости.
-Струд! Струд! Струд! – после короткого молчания, огласил воздух дикими воплями один из воинов. Помимо чешуйчатых доспехов он был облачен в просторную накидку из красной материи, а на его голове высился удлиненный костяной шлем с рогами Буффелса. Это был главный колдун круипенде по имени Товенаар. Он был уже довольно преклонного возраста, но до сих пор принимал участие в военных походах. На счету Товенаара числилось множество убитых им врагов и ценных трофеев, сделавших его одним их самых знатных и богатых воинов среди круипенде.
Выйдя из толпы ликующих воинов, колдун Товенаар грузными шагами приблизился к груде мертвых ребеллеров и резко ткнул копьем в одно из неподвижных тел. Послышался слабый стон. Колдун еще раз ударил раненого в открытое горло. Затем он концом копья отодвинул в сторону добитого им ребеллера и обнаружил лежащего под ним еще живого бойца. Тот лежал, свернувшись на земле и не мигая, смотрел прямо на колдуна.
Хищно оскалившись, Товенаар прицелился копьем в сердце выжившего. Но нанести удар он не успел. Тот, кому предназначался его «укол милосердия», неожиданно вскочил на ноги и, схватив в руки обломанную пику, приготовился обороняться.
Гул одобрения пронесся по рядам воинов круипенде. Противником колдуна оказался совсем юный мальчик. Он бесстрашно смотрел в жуткую кожаную личину колдуна и напряженно ждал его атаки.
Товенаар беспечно повернулся к своему противнику спиной, тем самым демонстрируя ему свое пренебрежение, и вопросительно воскликнул, обращаясь к своим воинам:
-Струд?
-Струд! – утвердительно закивали головами круипенде, желающие смелому мальчику почетной смерти.
Получив общее одобрение, колдун молниеносно развернулся всем корпусом назад и швырнул копье в мальчика. Не дожидаясь, пока копье поразит его противника, Товенаар отвернулся и зашагал к воинам. Прошла секунда, но он не услышал ожидаемого победного клича, своих воинов. Вместо этого круипенде неожиданно ощетинились копьями и попятились назад. Неужели он не попал в цель?
Остановившись, колдун недовольно оглянулся и …застыл как вкопанный. Прямо перед ним, из груды мертвых тел, торчал толстый зеленый стебель, увенчанный огромным, синим цветком лотоса. И на его вершине восседал в позе мудреца тот самый мальчик, которого он пытался заколоть копьем. От лотоса исходило благородное небесное сияние и тонкие нежные запахи, вызывающие чувство пространственной печали и ощущения бесконечности мироздания. Устремившись вдаль задумчивым взором, мальчик смотрел сквозь время, и в его взгляде отражалась сама Вечность.
Колдун, никогда в своей жизни, не видавший ничего подобного, словно подкошенный рухнул на колени и уткнулся рогатой головой в землю. Его примеру тут же последовали и остальные воины круипенде. Бросив копья и щиты, они рухнули на колени и склонили спрятанные за масками духов, лица к земле.
- Son,se seun! – медленно воздев над головой растопыренные кисти, благоговейным голосом выдохнул колдун Товенаар.
- Son,se seun! – в едином порыве выдохнули сотни ртов магическое имя Сына Солнца................
